Назальная форма иногда помогает доставить конкретное вещество в центральную нервную систему. Но это только один вопрос. Дальше нужно выяснить, изменилась ли работа нужной ткани и стало ли лучше по важному для человека исходу — например, памяти, симптомам или повседневному функционированию.
Путь введения сам по себе не отвечает на эти вопросы. Он не гарантирует одинаковую доставку разных молекул, а обнаружение вещества или биохимического маркера не означает клиническую пользу.
Доставка — ещё не результат лечения
В исследовании на людях интраназально вводили три пептида, включая инсулин, и обнаруживали их в спинномозговой жидкости в течение получаса. Это подтверждает, что при определённых условиях назальный путь может привести отдельные молекулы в ликвор. Но анализ ликвора не показывает, сколько вещества достигло каждой области мозга, сработало ли оно там и изменило ли состояние пациентов. Born и коллеги, 2002.
Ещё нагляднее это видно на глутатионе. В небольшом исследовании 15 людей с болезнью Паркинсона после одной исследовательской дозы 200 мг измеряли содержание глутатиона методом магнитно-резонансной спектроскопии. Измерительная область включала дорсальный путамен; показатель вырос относительно исходного в течение примерно часа. Это свидетельство изменения биохимического маркера после конкретной формы и способа введения. В исследовании не было контрольной группы и не оценивали, помогло ли лечение симптомам. Mischley и коллеги, 2016.
Затем глутатион проверили в клиническом испытании. В фазе IIb участвовали 45 пациентов с болезнью Паркинсона I–III стадии по Hoehn–Yahr. Сравнивали назальный раствор плацебо и две исследовательские схемы глутатиона — по 100 или 200 мг три раза в день в течение трёх месяцев. Показатели улучшились во всех группах, включая плацебо, но ни одна доза глутатиона не превзошла плацебо по шкале UPDRS после трёх месяцев. Испытание не было рассчитано на окончательную проверку эффективности. Mischley и коллеги, 2017.
Инсулин: важны молекула, устройство и исход
В одноцентровом пилотном исследовании 104 взрослых с амнестическими лёгкими когнитивными нарушениями или лёгкой–умеренной болезнью Альцгеймера получали плацебо либо назальный инсулин в суточной дозе 20 или 40 МЕ, разделённой на два введения (10 или 20 МЕ за одно введение), в течение четырёх месяцев. В группе 20 МЕ улучшился отсроченный пересказ; авторы также сообщили о сигналах по отдельным когнитивным и функциональным оценкам. Эти результаты требовали проверки в более крупном многоцентровом испытании. Craft и коллеги, 2012.
В SNIFF 289 участников с амнестическими лёгкими когнитивными нарушениями или болезнью Альцгеймера получали назальный человеческий инсулин короткого действия (Humulin R U-100) либо плацебо. Первое устройство оказалось ненадёжным, поэтому после первых 49 участников перешли на другое. Основную группу анализа составили следующие 240 человек; они получали 40 МЕ в день в течение 12 месяцев. По главному когнитивному исходу — шкале ADAS-Cog-12 — статистически значимого различия между инсулином и плацебо не обнаружили: оценка межгруппового различия составила 0,03 балла (95% ДИ от −1,77 до 1,82; p = 0,98). Не было различий и по другим клиническим или функциональным исходам; в основной группе также не изменился уровень инсулина в спинномозговой жидкости.
В небольшой вторичной группе из 49 участников, использовавших первое устройство, появился статистически значимый сигнал по ADAS-Cog-12 через шесть месяцев, но не через двенадцать; в основной фазе другие клинические и когнитивные показатели между группами не различались. Это вторичный результат малой группы, и авторы подчёркивали, что он мог быть случайным или зависеть от различий между устройствами. Craft и коллеги, 2020.
В 2025 году проверили иное устройство — насос-картридж — в факториальном испытании назального инсулина с эмпаглифлозином. В испытании рандомизировали 47 участников; все 47 вошли в анализ безопасности, а 42 — в mITT-анализ клинических и визуализационных вторичных исходов. Участниками были люди с лёгкими когнитивными нарушениями, ранней деменцией или положительным тестом на амилоид. Человеческий инсулин короткого действия исследовали по 40 МЕ четыре раза в день в течение четырёх недель; первичной целью была безопасность, а изменения по когнитивной шкале mPACC5, биомаркерам и МРТ оценивали как вторичные исходы. Авторы сообщили о номинальном преимуществе групп с инсулином по mPACC5, но не по шкале ADAS14 или повседневному функционированию ADL-MCI. Испытание было небольшим и коротким, а статистической мощности не хватало для надёжной проверки эффективности; поправку на множественные сравнения не применяли. Это заслуживающий проверки сигнал, а не доказательство устойчивого клинического эффекта. Erichsen и коллеги, 2025.
В 2026 году отдельное исследование фазы II проверило назальный инсулин у 30 людей с болезнью Паркинсона. Безопасность и переносимость, основные цели исследования, оценивали у 30 участников; когнитивные, эмоциональные и двигательные вторичные показатели — у 28. В течение 21 дня сравнивали плацебо и суммарные суточные дозы 20, 40 или 80 МЕ, применяя устройство SipNose. В группе 40 МЕ некоторые показатели памяти и беглости речи улучшились относительно исходного уровня, но улучшение не оказалось значимо больше, чем при плацебо; двигательные исходы также не изменились. Это не испытание эффективности, и авторы прямо называют такие результаты предварительными. Johnson и коллеги, 2026.
Почему похожие названия не заменяют данные у людей
Додециловый эфир креатина CBT101 тоже изучали интраназально, но публикация 2025 года описывает эксперимент на крысах с моделью паркинсонизма, вызванной 6-OHDA. Это доклинический результат: он не устанавливает эффективность у людей и не позволяет переносить выводы на обычный креатин. Disdier и коллеги, 2025.
Что проверять в следующем исследовании
Нужно разделять три ступени: попало ли вещество в организм и к нужной ткани; изменился ли целевой биологический показатель; превзошло ли лечение подходящий контроль по значимому клиническому исходу. Для каждого результата важны собственные молекула, формуляция, устройство, доза, популяция и срок наблюдения.
Назальный путь может обеспечить доступ к центральной нервной системе для отдельных веществ и способов введения. Клиническую пользу каждого вещества и устройства нужно оценивать отдельно по результатам испытаний у людей. Приведённые дозы описывают исследовательские протоколы, а не способы самостоятельного применения.
Источники
- Born J. et al. Sniffing neuropeptides: a transnasal approach to the human brain. Nature Neuroscience. 2002;5:514–516.
- Craft S. et al. Intranasal insulin therapy for Alzheimer disease and amnestic mild cognitive impairment: a pilot clinical trial. Archives of Neurology. 2012;69(1):29–38.
- Mischley L. K. et al. Central nervous system uptake of intranasal glutathione in Parkinson’s disease. npj Parkinson’s Disease. 2016;2:16002.
- Mischley L. K. et al. Phase IIb Study of Intranasal Glutathione in Parkinson’s Disease. Journal of Parkinson’s Disease. 2017;7:289–299.
- Craft S. et al. Safety, Efficacy, and Feasibility of Intranasal Insulin for Mild Cognitive Impairment and Alzheimer Disease Dementia. JAMA Neurology. 2020;77(9):1099–1109.
- Erichsen J. M. et al. A phase 2A/B randomized trial of metabolic modulators intranasal insulin and empagliflozin for MCI and early AD. Alzheimer’s & Dementia. 2025;21(10):e70704.
- Johnson J. C. et al. Safety and tolerability of intranasal insulin in Parkinson’s disease. Frontiers in Neurology. 2026;17:1875165.
- Disdier C. et al. Intranasal delivery of dodecyl creatine ester alleviates motor deficits and increases dopamine levels in a 6-OHDA rat model of parkinsonism. Frontiers in Aging Neuroscience. 2025.